Бокс

«После боя кровь шла всю ночь». Невероятная история русского соперника Головкина

Михаил Макаров рассказывает LastRound.ru о спонтанной поездке в Германию, которую он запомнил на всю жизнь.

В ноябре 2009 года Геннадий Головкин встретился с не имеющим поражений российским боксером Михаилом Макаровым. К тому моменту GGG строил карьеру в Германии и за 3,5 года набил рекорд 17-0, одержав 14 досрочных побед. Макаров имел рекорд 10-0 и 5 досрочных побед. На бумаге на ринге встречались два небитых проспекта, но на деле все выглядело немного иначе.

Российский боксер узнал о поединке буквально за несколько дней и в срочном порядке вылетел в немецкий Киль спасать вечер бокса и заменять травмированного американца Ише Смита.

Во втором раунде Макаров трижды окажется в нокдауне, получит разрыв слизистой в носу и первое поражение в карьере, а Головкин одержит 15 досрочную победу в 18 поединках. После этого Геннадий отправится драться в Панаму, а Михаил – в местную больницу и вернется на ринг только спустя 3,5 года, чтобы провести два поединка и завершить карьеру.

– Как вы получили предложение побоксировать с Головкиным?

– Все получилось достаточно банально. Буквально за неделю до боя мне позвонил мой менеджер и сказал, что появился вариант провести бой с Головкиным. Его соперник получил травму, и, возможно, в срочном порядке полетим в Германию. В пятницу мы уже вылетели (поединок состоялся в понедельник – LastRound.ru).

Изначально с Головкиным должен был боксировать американский боксер Ише Смит, который полноценно готовился к бою месяц или два. Смит то ли сломал, то ли потянул лодыжку. Из-за этого у них «горело» шоу, и им нужен был боксер с хорошим рекордом. У меня на тот момент был рекорд 10-0, ну и через какие-то там связи и знакомых из разных промоушенов у организаторов получилось выйти на моего менеджера Олега Богданова и на меня. Все просто, как это и бывает в профессиональном боксе – все меняется за один час, за один миг.

Я поехал в Германию, в город Киль, увидел вживую Гену Головкина и побоксировал с ним.

– Что вы знали о нем до боя?

– Конечно, я слежу за боксом, в том числе, и за любительским следил, сам занимался. В принципе, все знал – серебряный призер Олимпиады, встречался с нашими боксерами: на чемпионате мира – с Матвеем Коробовым, на Олимпиаде – с Гайдарбеком Гайдарбековым. Знал, что он был чемпионом мира по юниорам и по «мужикам», финалист Олимпийских Игр.

На тот период его профессиональный рекорд был 17-0, иногда его показывали по «Рен-ТВ», когда там еще транслировали профессиональные шоу с немецкой промоутерской компании Universum.

ЧИТАЙТЕ У НАС: 11 фактов о Геннадии Головкине

– Не спрашивали совета у Гайдарбека Гайдарбекова, победившего Головкина в финале той Олимпиады?

– Нет, мы лично не знакомы. Да и смысла не было общаться – тут либо пан, либо пропал.

– Как вы провели эти три дня до боя? Сразу стали собирать сумку?

– Да, там даже получилась смешная ситуация – я забыл боксерские трусы, настолько все это было впопыхах. Мой менеджер Богданов где-то в Германии у какого-то тяжеловеса взял мне огромные красные трусы. Перед боем ребята меня поддерживали, желали удачи, но про эти трусы, конечно, смеялись. Смешно для профессионального боксера, но такие моменты бывают.

Получилось так, что мы прилетели, на следующий день уже было взвешивание, может, даже в этот день, а на следующий уже бой.

– Очевидно, о какой-то подготовке за такой срок говорить не приходится.

– Я читал ваше интервью с Денисом Бахтовым – примерно такая же подготовка была у меня: с мешком и отработкой каких-то комбинаций. Последний бой я провел в мае, и получилось так, что полгода я ждал следующего поединка, не проводя особо интенсивных тренировок. Потом я узнал о бое с Головкиным буквально за три дня до выхода на ринг.

Нормально подготовиться уже не получалось. Не было ни одного спарринга. И лагеря никакого не было. Я же говорю – я поехал в срочном порядке заменить американца.

Учитывая, что я работал еще, спасибо, что руководство отпускало и разрешало готовиться, тренироваться. Как-то все быстро и очень скомкано получилось. Времени не было вообще, по большому счету – да, собрал сумку и поехал.

– У вас была еще и основная работа?

– Да, конечно, я работал в личной охране телохранителем и совмещал это все с профессиональным боксом. Когда раньше уезжал на сборы, брал отпуск за свой счет. Если люди именно живут этим – все немного по-другому. У меня одно другому не мешало.

ЧИТАЙТЕ У НАС: Головкин - Джейкобс. 11 главных фактов

– В чем видели свои преимущества до боя?

– Я не буду сейчас сочинять, что видел какие-то преимущества. Я ехал боксировать и попробовать себя на таком уровне. Какие преимущества? Финалист Олимпиады, был интерес и желание выступить.

Я думаю, что у них было больше времени на подготовку, больше возможностей. Мы иногда смеемся с моим менеджером, что те ребята, которые боксировали после меня и падали 20 раз подряд, наверное, на одних диетологов и спарринг-партнеров потратили не меньше 10 тысяч долларов. А мы поехали за три дня до боя, и результат такой же.

– При этом первый раунд получился довольно ровным. О чем вы думали после него?

– Как сейчас я помню, в углу мне сказали следить за его правой рукой. Понятно, что я – левша, он – правша… В итоге все три нокдауна я словил справа. Словил их по таким простым причинам, что, во-первых, он и бьет очень сильно, а во-вторых, своевременно и быстро. Есть выражение: «самый опасный удар – тот, которого ты не видишь».

Я не видел ударов – ни первого, ни третьего. Второй – так получилось, я помню его и видел удар. Но два других я просто не видел. Может быть, со стороны казалось, что он и не сильно бил, но когда не видишь ударов… К тому же могу сказать, что удар у него будь здоров, да.

Мне потом говорили – зачем ты поехал с этим космическим боксером драться? Многие были с ним на спаррингах в Universum в Германии, и говорили, что он тяжеловесов ронял через одного. Я говорю им: «Ну а что делать, карьера такая, позвонили – поехал».

Одно поражение в рекорде от Гены Головкина – это не страшно. Все, кто видел бой, все понимали. После этого было много предложений: и в Америку приглашали, и в Европу. Как правило, все, кто знают, кто такой Гена, прекрасно все понимали. Даже боксеры говорят – если поражение от Гены, собственно говоря, это даже не поражение. Все, кто вертятся в мировом боксе, понимают, что у всех его соперников, как правило, один финал.

Мне многие говорили: «Зачем ты встал после первого нокдауна, надо было лежать». Знаете, даже такой мысли не было. Встал, отсчитали. Готов продолжать? Готов. Второй раз – готов. Третий – уже да, контрольный выстрел.

Сразу после остановки боя Головкин подошел в ваш угол. О чем вы говорили? Удалось как-то пообщаться еще после боя?

– Я Гене сказал после боя: «Извини, что так получилось, что никакой конкуренции не составил». Наверное, ему хотелось побоксировать, бой был десятираундовым. Изначально это вообще должна была быть защита пояса, но последний бой у меня был восьмираундовый, и десятираундовых поединков у меня в карьере не было. Поэтому чемпионский бой не подтвердили. Был просто десятираундовый рейтинговый поединок.

Я ему сказал, что так и так, мне сообщили за три дня до вылета, не мог составить конкуренцию. Он сказал: «Спасибо, спасибо, брат, ничего страшного», поблагодарил меня. Тепло отнесся. Нужно отдать ему должное, он оказался очень приятным, приветливым и воспитанным чемпионом, это я запомнил. Очень правильный человек.

Все скоротечно получилось, потом меня увезли в клинику, потому что у меня был сломан нос и долго не могли остановить кровотечение. В принципе, и все, на этом наше общение закончилось.

– Как вам немецкая медицина?

– На уровне, просто нет слов. Нужно отдать должное, все это оплатила промоутерская компания Universum – страховки и прочее. Три дня я пролежал в этой клинике. Учитывая, что на следующий день у меня была голова, как арбуз, врачи отлично знают свое дело.

ЧИТАЙТЕ У НАС: «Полиция нуждается в показаниях Дениса». Ольга Бойцова о восстановлении российского боксера

Единственное, конечно, ночь после боя была для меня адской. У меня порвалась слизистая в носу и кровь не останавливалась. Всю ночь я практически захлебывался, грубо говоря. У меня в носу были десятисантиметровые тампоны и, конечно, эту ночку я запомнил на всю жизнь. Но это профессиональный бокс – как говорится, издержки производства. Либо сиди дома, либо занимайся и боксируй.

– Вы бы могли выступить лучше при полноценной подготовке?

– Если я скажу «нет» - это будет неправдой. Конечно, я бы мог выступить лучше. Мне было бы самому интересно выступить. Наверное, результат бы не изменился. Уровень у него, конечно, космический, говорить, что я бы победил – это глупо. Но было бы интересно, если бы я был в полной боевой готовности. Наверное, смог бы лучше отбоксировать, потому что когда ты готовишься 2 недели со спарринг-партнерами, ты выходишь как робот, как гладиатор.

А когда ты, грубо говоря, обнимаешься с мешком и периодически отрабатываешь какие-то комбинации, а потом едешь под молотки, то, соответственно, результат будет другой. Тут и говорить не о чем, любой боксер подтвердит это.

– Создалось ли впечатление, что Головкин станет одним из лучших боксеров в мире?

– Он уже им стал. Не знаю, сколько он еще будет это подтверждать – год-два, все от него зависит. Но, судя по его физической готовности, я думаю, что он еще побоксирует не один год. Это вполне возможно.

Он лучший боксер, это 100%. За всю историю профессионального бокса он однозначно один из лучших. Человек, который практически 80% своих боев выигрывает нокаутами, при этом далеко не у дилетантов. Сколько боев он выиграл в Америке? А там, сами понимаете, какой уровень – это мекка профессионального бокса. Вопросов «кто лучший боксер в истории в среднем весе» даже задавать никто никогда не будет.

– Какое главное качество в Головкине сделало из него того, кто он есть?

– Я бы отменил функциональную готовность. Плюс к этому у него огромная любительская база, плюс к этому у него сумасшедшие удары. В нем, как мне кажется, сочетаются все качества. Т.е. нет чего-то одного, например, только сильного удара. У него все индикаторы на высшем уровне. Если нужно назвать лучшего профессионала, мое мнение – это Гена Головкин.

Плюс к этому у него сильная держалка. Он держит удары и ни разу не был в нокдауне. Все это, конечно, ломает соперника. Когда ты видишь перед собой такую стену, которая может и ударить, и обрезать тебе все углы, может и «подушить», может и перебоксировать, может и зарубиться, конечно, люди просто не понимают, как с ним боксировать. И все это дополняется силой удара, после чего боксеры понимают, что, наверное, это все-таки конец.

ЧИТАЙТЕ У НАС: «Кроуфорд бьет в тот момент, когда это действительно нужно». Россиянин, который дрался с лучшим боксером мира

– Сколько заработали за тот бой?

– Чистыми или грязными? Секретов нет никаких.

– Сколько в итоге положили в свой карман.

– 5 000 евро. Тогда курс был около 45 рублей. Я думаю, что когда ты узнаешь о бое за 3 дня до него, это нормальная компенсация. Что было – то было.

– После боя с Головкиным вы вернулись на ринг только спустя 3,5 года. Почему была такая пауза?

– Не знаю, судьба – не судьба. О продолжении карьеры вообще говорить не хочу – там уже и разговаривать особо не о чем. Это были уже, наверное, просто какие-то боксерские, спортивные амбиции.

А именно в тот период после боя – спасибо немецким врачам, у меня нашли проблемы со здоровьем. На тот момент довольно приличные. Я только год восстанавливался, потом проходил еще несколько обследований. Слава Богу, все обошлось. Вернуться – да, пытался, но это больше какие-то амбиции. В тот момент я для себя уже определился, что боксировать уже, наверное, не буду. Все.

Не то чтобы морально, физически было сложно уже. Поэтому получилось, как получилось. Я перешел в другую стезю. Это и друзья мне посоветовали, и вообще у меня было, чем заниматься. И сейчас, слава Богу, есть, чем заниматься. Многие боксеры не могут определиться после карьеры, поэтому ездят и выступают до последних дней, пока петух жареный не клюнет. Для меня это было своеобразным уроком. Наверное, моя карьера тогда, после боя с Головкиным, и закончилась.

– Оглядываясь назад, нет ли ощущения, что поединок с Головкиным навредил вашей карьере?

– Вы знаете, после этого боя у меня было огромное желание заниматься боксом. Даже несмотря на то, что все закончилось плачевно, у меня просто крылья выросли. Я в полной мере прочувствовал этот мировой уровень.

Если бы не здоровье… Желание у меня было. Я ни в коем случае не сломался. Я понимал, что как сложилось, так сложилось. Вернуться уже не получилось. На тот период мне уже было за 30, нужно было определяться. Старшие коллеги, товарищи, друзья сказали, что, наверное, все, пора двигаться в другом направлении.

Навредил или не навредил – даже где-то, может, и помогло. Помимо разрыва слизистой оказалось, что у меня была плохая свертываемость крови. Хорошо, что быстро поставили диагноз, потому что боксировать с таким – вы сами понимаете.

– Насколько я знаю, сейчас вы депутат в родном Выборге. Чем вы занимаетесь на работе?

– Да-да, я возглавляю федерацию бокса Выборгского района. Возглавляю нашу крупнейшую общественную организацию по развитию спорта – спортивный клуб «Фаворит». Это масштабная организация, которая занимается не только спортивно-фузкультурными вопросами, но и очень многими другими отраслями. И в городе, и в области, скажем так, одна из главных по развитию спорта, по работе с подрастающим поколением, по популяризации здорового образа жизни, по каким-то политическим моментам и так далее.

– На этих выходных Головкин будет драться с Саулем Альваресом в главном поединке в карьере. Кто победит?

– До этого я всегда знал результаты боев Гены заранее, был на 100%. Единственный вопрос, который возникал – в каком раунде он их уронит. Удивил Джейкобс, отбоксировал все раунды, надо отдать ему должное – вообще красавец. За долгое-долгое время Гена отбоксировал все раунды.

А в эту субботу – смотря как будет проходить бой. Альварес – быстрый, резкий, бьющий и дышит хорошо, и с характером, мексиканская кровь. Если они будут драться – может случиться все, что угодно. Мне все-таки кажется, что драться они не будут, потому что это не Моралес – Баррера, 57 кг. Тут 73 кг, поэтому, конечно, все может закончиться плачевно для любого.

Я думаю, что они будут пытаться перебоксировать друг друга и пытаться задавить. Кто первым сломается? Не думаю, что это будет Гена. Мое мнение – бой все-таки пройдет все 12 раундов, после чего все будет на волю судей.

ЧИТАЙТЕ У НАС: Как Геннадий Головкин может проиграть Саулю Альваресу

– Есть мнение, что в таком случае Головкину не отдадут победу.

– Да, это может быть. Мы видели бой Сергея Ковалева с Андрэ Уордом, и что там делали судьи. Да и во втором поединке без вмешательства не обошлось.

Не знаю, кто больше интересен, как пиар-проект для Америки – Альварес или Головкин. Там уже, наверное, большие товарищи для себя все решили в боксерских ассоциациях, осталось только решить боксерам – кто сильнее. Главное стараться не отдать слишком много раундов. Если будет 7-5 или 6-6, конечно, наверное, все-таки отдадут Альваресу.

Гене нужно учесть моменты, которые не получались в бою с Джейкобсом. А были моменты, когда Джейкобс его даже перебоксировал и переигрывал, что для Гены непозволительно. Я думаю, что он провел работу над ошибками, и все должно быть хорошо. Будет очень интересный бой, потому что у Гены неинтересных боев просто не бывает. Как и у Альвареса.

Текст: Богдан Доманский


comments powered by Disqus

ГЛАВНЫЕ НОВОСТИ

РОНДА РАУЗИ ВОЗВРАЩАЕТСЯ - UFC СНИМАЕТ ИДЕАЛЬНОЕ ПРОМО