Бокс

«Полиция нуждается в показаниях Дениса». Ольга Бойцова о восстановлении российского боксера

В интервью LastRound.ru супруга Дениса Бойцова рассказывает о помощи Рамзана Кадырова, странном переезде в Гамбург и восстановлении российского супертяжеловеса после нескольких недель в коме.

Второго мая 2015 года в Берлине российский супертяжеловес Денис Бойцов отправился с друзьями посмотреть бой века между Флойдом Мейвезером и Мэнни Пакьяо. Спустя несколько часов он был обнаружен на путях берлинского метрополитена с тяжелыми черепно-мозговыми травмами. Бойцов был введен в состояние искусственной комы из-за отека мозга, немецкая полиция начала расследование.

По ходу расследования начали всплывать все более и более интересные факты: руки Бойцова были сбиты, а сам боец якобы находился в состоянии алкогольного опьянения. Позже стало известно, что Денису поступали угрозы от бывшего промоутера Вальдемара Клюха, не так давно освободившегося из немецкой тюрьмы. По случайному совпадению Клюх отбывал срок за угрозы в адрес конкурента Клауса Питера Коля. Полиция просмотрела камеры в метрополитене и опросила свидетелей. В какой-то момент немецкие стражи порядка предпочли списать произошедшее на несчастный случай, собираясь закрыть дело. Супруга пострадавшего боксера, Ольга, продолжала настаивать на версии с нападением. В итоге следствие решило не закрывать дело до тех пор, пока следователи не получат возможность поговорить с самим Денисом.

Бойцов перенес несколько операций и в конце июня был выведен из состояния искусственной комы. Россиянина перевели в реабилитационную клинику. 1 июля Денис стал отцом – Ольга родила супертяжеловесу дочь Анжелину-Денису.

С тех событий прошло больше двух лет. LastRound.ru связался с Ольгой Бойцовой и выяснил, в каком состоянии пребывает Бойцов, как проходит следствие по делу о возможном нападении на боксера, и как живет сама Ольга.

– В каком состоянии сейчас находится Денис?

– Слава Богу, есть положительные сдвиги. Есть огромный потенциал – об этом говорят все терапевты, которые с ним занимаются. Они видят, какой у него сильный характер, какая сильная спортивная закалка, как он борется, как не сдается. И как он вообще позитивно смотрит на этот мир, учитывая состояние, в котором он оказался после такого тяжелого испытания. Плюс ко всему, он все помнит и все понимает.

Денис действительно борется – фамилия Бойцов говорит все за него. Характер у него стальной

Конечно, я верю нашим терапевтам. С ним и русская команда работает, и немецкая. Я чувствую, что моя вера в него нас не подведет. Я вижу у Дениса желание жить дальше нормальной полноценной жизнью. Я думаю, что с верой и с любовью у нас все непременно получится. К тому же наша доченька, наш ангелочек, дает много сил бороться. Я думаю, что все должно получиться.

– Как звучит сам диагноз?

– Левая фронтальная черепно-мозговая травма.

– Как проходится реабилитация?

– Постоянно разные процедуры, потому что реабилитация – это долгий процесс. В нашем случае он особенно долгий, потому что Денис словно заново родился, и нужно учиться всему заново.

Все начиналось с физической подготовки. Сначала терапевты помогали Денису почувствовать координацию, много работали над моторикой, она тоже нарушена. После этого развивались и продолжают развиваться все глотательные рефлексы. Сейчас, именно на данном этапе времени, у нас поставлен акцент на развитие речи. И восстановление опорно-двигательной системы.

Мы предпринимаем все необходимое – отвозим Дениса в бассейн, различные массажи. Часто выходим на прогулки на свежий воздух. Недавно в зоопарк вместе ездили, гуляли там.

Еще есть робот – единственный аппарат в Берлине. В Германии, если не ошибаюсь, такой есть еще только в одной клинике в Мюнхене. Дениса отвозили в институт, где проводили исследования. Там на него надевали этого робота и работали над опорно-двигательным аппаратом.

Все это очень дорого, реабилитация стоит невероятных денег. Дай Бог, чтобы дальше нас поддерживали так же, как Рамзан Кадыров и Андрей Рябинский, которые серьезно помогли. Если бы не они, возможно, у Дениса не было бы сейчас такого прогресса в состоянии.

– Кто-то еще кроме Рамзана Кадырова и Андрея Рябинского оказывает поддержку? Может, бывший промоутер?

– Промоутер, к сожалению, нет. Нас проведывает и часто приходит в поликлинику Улли Вегнер – тренер Дениса, с которым они работали в последнее время.

центре - тренер Бойцова Улли Вегнер, справа - Денис Бойцов)

Что касается бывшего промоутера - Sauerland Box Promotion (немецкая промоутерская компания, занимавшаяся карьерой Бойцова – прим.LastRound.ru) первый год немного нас поддержали финансово, но, к сожалению, они больше не интересуются его здоровьем.

– Разман Кадыров до сих пор помогает?

Да, он участвует в восстановлении. Будем надеяться, что он продолжит помогать.

– Как решаете материальный вопрос в бытовом плане?

Меня поддерживает моя семья: мама, сестренка-близняшка. Они, конечно, не оставляют меня. Что касается места жительства – с этим помогает социальная помощь здесь, в Германии.

– Семья Дениса поддерживает?

– Семья Дениса живет в Орле. Мама, к сожалению, давно не приезжала, а папа и брат были в Берлине, приезжали на несколько недель, оставались здесь. Денис в них очень-очень сильно нуждается. С братом они всегда как близнецы были – всегда рядом, он всегда помогал Денису готовиться к боям. И сейчас старается приезжать по возможности.

– Есть ли какие-нибудь продвижения в расследовании дела?

– Полиция все проверяла, вела активное расследование. В итоге много чего не совпадало. Как в крови Дениса оказались снотворное и алкоголь, хотя он не злоупотреблял алкоголем и медикаменты не принимал, потому что всегда был на допинг-контроле. Допинг-контроль – это очень серьезно. Они приходили в любое время, в любое место, даже когда мы были в отпуске в Таиланде или прямо в новогоднюю ночь. Даже если у Дениса болела голова, он не пил никакие обезболивающие.

В метро (где обнаружили Дениса) была разбита одна камера. Но, тем не менее, дело не закрыто. Полиция надеется на то, что Денис заговорит и сможет сам дать показания, после чего дело будет возобновлено. В Германии показания жестами не засчитываются. Здесь тоже все упирается в хороших адвокатов, к сожалению, пока я такой возможностью не располагаю. Сейчас на первом месте, конечно, восстановление Дениса, а затем, уже следующим шагом будем заниматься этим.

Я очень верующий человек, всегда им была, и Денис тоже. Я верю, что Бог всем судья, и он накажет тех, кто с Денисом это сделал.

– По вашему мнению, что произошло в тот день на самом деле?

– Я не могу ничего утверждать, меня там не было. Но факт в том, что Денис ушел от промоутера из Гамбурга (Вальдемара Клюха – прим. LastRound.ru), потом стал получать очень жесткие сообщения, причем постоянно. А произошедшее с ним случилось через несколько месяцев после того, как Клюх вышел из тюрьмы. Денис переживал: то постоянно были какие-то слежки на машине, то писали какие-то сообщения с текстом в духе: «Посадим в инвалидный стул» и так далее. Эти сообщения есть. И когда Клюха арестовывали за подделку документов и потом проводили обыск в доме, у него нашли сим-карты, с которых приходили сообщения с угрозами.

Потом была ситуация с помощником Дениса Гагиком Хачатряном – его вообще поймали в парке, избили очень сильно. Хорошо, что какой-то мальчик увидел это в окно и вызвал полицию, я думаю, его могли бы там убить, если бы полиция не приехала. Это все фиксировалось, было в прессе. До этого, когда поступали угрозы, мы обращались с заявлением в криминальную полицию, но реакции почти не было.

Я тогда была на восьмом месяце беременности. Денис старался меня не расстраивать, но в последние две недели у него было странное поведение. Он говорил мне такие вещи: «Оля, у нас дочка будет, ты ее береги, воспитай достойным человеком». Ни с того, ни с сего – мог гладить по животу и такие вещи говорить. Проходит 5-6 дней и случается такая вот ужасная ситуация.

Я не знаю, я никогда не брала его телефон, но, может быть, ему угрожали и действительно кто-то звонил.

ЧИТАЙТЕ У НАС: Денис Бойцов и еще 9 бойцов, переживших вооруженное нападение

– Во время и после разбирательств вам поступали угрозы?

– Когда я предположила, что за всем этим мог стоять бывший промоутер Дениса Вальдемар Клюх, его адвокаты в письменном виде предупредили, чтобы я насчет него ничего не говорила или у меня будут неприятности. Это единственное, что было.

Далее была неприятная ситуация, когда мы переехали в Гамбург, перевезли туда Дениса на лечение. Я вам хочу сказать, что в этой клинике происходило что-то нереально страшное. Некоторое время до этого мы жили в Гамбурге, когда произошла ситуация с Денисом, со всех сторон мне начали говорить: «Вам надо обратно Гамбург, там такая клиника, там Дениса быстро на ноги поставят».

Я съездила, посмотрела клинику, поговорила с доктором, не хочу называть его имя, он обещал, что Денису окажут всю необходимую терапию. В итоге мы перевезли Дениса в эту клинику, и его просто не лечили. Ему не оказывали никакую терапию, этот доктор не приходил, я пыталась потом выйти с ним на связь, и спросить, в чем дело.

Денису постоянно давали какие-то медикаменты, ему было плохо, его состояние начало ухудшаться. Дошло до того, что его хотели снова вводить в состояние искусственной комы. Происходило что-то нереальное.

Потом я начала просить, чтобы нас приняли обратно в берлинскую клинику. Это была очень долгая и неприятная ситуация. В итоге мы находились в Гамбурге 4 месяца, после чего я забрала Дениса и мы переехали в Берлин. Здесь его состояние стало улучшаться.

К счастью, мне удалось перевезти Дениса обратно в Берлин. Говорят, друзья познаются в беде, вот они и познались. Очень многих людей с кем общались раньше, нет с нами рядом, но, слава Богу, появились новые, которые нас поддерживают. Например, моя подруга Лана Мюллер, дизайнер женских платьев, помогла мне основать детский лейбл. Потихонечку идем вперед, не сдаемся, руки не опускаем.

– У вас с сестрой собственная линия одежды Twins Djoly. Как вы пришли к этому и в какой момент?

– Я вообще очень творческий человек, и я всегда занималась дизайном женской одежды. Начинала с платьев, но поскольку всегда была рядом с Денисом, стала разрабатывать для него костюмы, в которых он выходил на ринг.

Потом мне захотелось сделать что-то для нашей семьи, и я основала бренд женской одежды. Музой стала наша доченька, у нее двойное имя: Анжелина по свидетельству о рождении, а покрестили мы ее как Дениса. По церковному это переводится, как Дионисия, молящаяся за Дионисия, за папу, за Дениса. Я захотела назвать этот детский бренд назвать именем Дениса Бойцова, именем нашей дочки.

Мы делаем детские вещи, основа – хлопок, а остальное расшиваем цветами. Первая коллекция называется «Цветы жизни». Дети – цветы жизни, вот такой концепт. Этой коллекцией я хочу показать, что женщины тоже могут быть сильными, там мы сделали сочетание женственности и силы. Как раз первый фото-шотинг мы провели на боксерском ринге, где тренировался Денис, в зале Улли Вегнера.

Мне интересно этим заниматься, Денис тоже радуется, что мы создали бренд, он очень любит детей. Радуется и за нашу дочь, что у нас получилась такая малышка. Мы постоянно с ней ездим в клинику к папе.

– Как-то получается общаться с Денисом?

– Мы с ним разговариваем, он жестами мне что-то может показывать, я уже научилась его понимать, и мы уже планируем некоторые вещи. Конечно, тема большого спорта закрыта, но в перспективе можно организовать школу, тренировать деток. После окончания спортивной профессиональной карьеры Денис хотел именно этого.

Потому что такой сильный характер у Дениса – это только от бокса. Повторюсь, другой человек на его месте мог уже сдаться. А он не сдается. Денис всегда говорил: «Русские не сдаются». Вот и не сдается.

– За полтора года до инцидента с Денисом с подобным довелось столкнуться Баканай Абдусаламовой – супруге Магомеда Абдусаламова, оказавшегося в схожей ситуации после боя с Майком Перезом. Вам не доводилось общаться?

– Да-да, мы с Баканай прям на связи, постоянно созваниваемся. Она тоже большая молодец, мы друг друга поддерживаем, советуемся, что мы можем сделать для наших мужей, делимся советами по терапии – кому что помогало. У Магомедоа тоже потихонечку маленькими шагами есть продвижение. Его поддерживает семья, его жена очень сильная.

– Как сейчас проходит ваш обычный день?

– По утрам мы обычно ездим к мужу, потому что утром самая активная терапия. Я всегда хочу быть рядом, чтобы видеть какие у него продвижения, помогаю, советую немецким терапевтам, подсказываю, как лучше для Дениса.

Потом занимаюсь ребенком. Когда у нее дневной сон, занимаюсь своими делами, в данном случае – работой, детским лейблом. Активно работаем в этом направлении. Занимаемся спортом, часто ходим в бассейн. Вечером, если мы чувствуем, что нужны папе, приезжаем к нему. Можем пойти погулять с ним. В последнее время он уже хорошо сидит сам, поэтому можем посидеть вместе где-нибудь в кафе покушать. Потом укладываем папу и сами едем спать.

Конечно, когда терапия поактивнее, мы можем провести в клинике целый день. Ребенку тоже тяжело находиться там постоянно. Поэтому помощь в лице семьи Дениса, конечно, кстати. Когда они здесь, мне становится полегче. Они проводят с Денисом больше времени, могут провести целый день.

Одной, конечно, тяжело оказаться в такой ситуации, но ничего, идем вперед. Мне, конечно, помогают силы сверху – я знаю, я в это верю. Раньше я была такая девочка, всегда при Денисе, он полностью всем занимался, а теперь приходится мне всем заниматься. Но ничего, все, что нас не ломает – делает сильнее. Я говорю ему: «Денис, ты меня такой сильной сделал». Он смеется, улыбается.

Я знаю и понимаю, что так, как раньше уже не будет. Но я знаю, что будет другая жизнь. Главное, что Денис рядом со своей семьей, что у него есть мы с ангелочком. И я верю всем сердцем, и чувствую, что все лучшее впереди.

Текст: Богдан Доманский


comments powered by Disqus
РОНДА РАУЗИ ВОЗВРАЩАЕТСЯ - UFC СНИМАЕТ ИДЕАЛЬНОЕ ПРОМО